Skip to main content

День 4

 

Если вы думаете, что мы-таки окончательно помешались на марсианских просторах и начали строительство избы, в чем-то вы окажетесь правы. Но скорее нет, чем да. Взвесив все возможные варианты, под воздействием ярко-красного пепла приняли решение двинуться дальше, в долину реки Чулышман. Местные каменные грибы могут соперничать с Марсом по части впечатлений для среднестатистического жителя планеты.

Для начала мы захотели, чтобы нас как следует обдул фен. Да не тот. Фён — это сильный порывистый ветер, дующий с гор в долину. Он образуется из нисходящих потоков, за счет кинетической энергии основного воздушного течения над горами. Да, я бессовестно украл это определение у знающих людей. Но вам достаточно знать, что это теплый и сухой ветер. Он определяет климатическую картину региона, алтайскую — особенно. Так в Сибири создается мягкий микроклимат, который так по душе теплолюбивым растениям. Это вам не пирожки печь.
Но фён имеет и побочные эффекты. Гессе тут хорошо сказал: «Нет ничего более странного и восхитительного, чем тот сладкий дурман, который овладевает жителями гор, особенно женщинами, обостряя все их чувства». Задумайтесь над этим. Истиной пахнет.

Так мы и стоим в созерцании. Отдаемся дуновению ветра, горам, реке и мыслям о сакральности этих мест. Чувствую, как внутри меня запустился процесс обмена энергией с космосом, подогреваемый фёном. Нереальные ощущения.

Проводники вынули нас из точки обмена с космосом, напомнив о грибах. Но сначала мы решили взглянуть на Учар. Это многоступенчатый водоскат с общей высотой падения 160 метров. Если расположить его вертикально, по высоте будет с 50-этажный дом. Между прочим, Учар входит в пятерку самых труднодоступных достопримечательностей страны. Но мы, обвязавшись страховочными поясами, покорили Неприступного. Сказать, что водопад производит впечатление — равносильно тому, что бросаться в Годзиллу щепками от дров. Голоса рядом идущих людей расслышать не получается. Учар орет и орет громко. Словно хочет отсеять любопытных на стадии предварительного просмотра. 
 
Наконец, мы добрались до каменных грибов. Я видел много разных грибов всех форм и размеров. Но четырех-, пяти- и шестиметровых еще не встречал. Абсолютно соглашусь с учеными мужами: избирательное вымывание неоднородных горных пород – это красиво. Говорят, когда рушится каменный гриб, на его месте со временем вырастает новый. Хотелось бы подождать и понаблюдать, но боюсь не справиться с восторгом. Мне не очень понятно, как природа создаёт такие штуковины, но покруче статуй Моаи. Можете мне поверить.
Присел на землю, облокотился на гриб, ощутил щекой его шершавость. Теперь могу с уверенностью заявить, что я трогал необъяснимое. 
Карта памяти камеры забита. Еще долго буду пересматривать эти кадры. И когда мне стукнет девяносто четыре, сидя в кресле-качалке, окруженный внуками, я буду задумчиво смотреть в пространство и вещать им о грибах высотой с водонапорную башню, параллельно пролистывая фотоархивы в подтверждение тому, что не сошел с ума и все это было со мной наяву.

 


 

 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

Energy lives here